-->

воскресенье, 8 июля 2018 г.

Книги в домашней библиотеке

По поводу стоящих у нас на полках книг, 
которых мы не читали и, наверное, никогда не 
прочтем: у каждого из нас, вероятно, есть 
склонность откладывать в сторонку книги, 
которые мы наметили прочитать, но попозже, 
попозже, может быть, когда-нибудь, в другой 
жизни. Как ужасны стенания умирающих: 
пришел их смертный час, а они так 
и не взялись за Пруста!
Жан-Клод Карьер

Сколько себя помню, вокруг меня всегда было очень много книг. Бывало, что не было денег, друзей, еды, смысла в жизни, а вот книги — они были всегда. Не то, чтобы мои родители были изощренными библиофилами да и особо редких изданий дома не было. Но книги были всегда, они постоянно появлялись, к ним трепетно относились, приходящие в гости люди о книгах говорили да и сами мы, ходя в другие дома, видели книжные полки как обязательный элемент интерьера. Как-то по-иному реальность и не воспринималась. До сих пор странно себя ощущаю, приходя в дом, где по стенам книг мало или нет совсем. Неуютно.

В детстве была естественность чтения (хотя назвать себя много читающим подростком мог бы вряд ли), потом был филфак, потом работа в школе — так что четверть века книги постоянно возникали и множились. И формировали домашнюю библиотеку, оставляя полками следы жизненных этапов и увлечений. Я не знаю, никогда специально не считал, сколько томов и томиков в домашней библиотеке (немного, тыщи 2-3, наверное), тем более, что она ранее была рассеяна по двум квартирам, а теперь уже и в Крыму «наросло» два новых  книжных шкафа. Это все, не считая угрожающе множащихся и повсюду раскиданных детских книжек сына. И стало понятно, что с этим надо что-то делать, чтобы осталось, где жить.

Недавно у любимого Эко (владельца 50-тысячной библиотеки!) в его замечательной книге-диалоге с Жаном-Клодом Карьером «Не надейтесь избавиться от книг» (из нее эпиграф) на глаза попался замечательный пассаж:

Я взял цену квадратного метра в Милане для квартиры, находящейся не в историческом центре (слишком дорого), но и не на пролетарской окраине. И мне пришлось смириться с мыслью, что за жилье с определенными городскими удобствами я должен платить 6000 евро за метр, то есть за пятьдесят квадратных метров площади — 300 000 евро. Если теперь я вычту двери, окна и другие элементы, которые неизбежно съедают, так сказать, «вертикальное» пространство квартиры, иначе говоря, стены, вместо которых можно было бы поставить книжные стеллажи, то остается только двадцать пять квадратных метров. Итак, один вертикальный квадратный метр обходится мне в 12 000 евро.
Подсчитав минимальную цену библиотеки, состоящей из шести стеллажей, самой дешевой, я получил 500 евро за квадратный метр. В квадратном метре из шести полок я мог бы, пожалуй, поместить триста книг. Значит, место для каждой книги обходится в 40 евро, то есть дороже самой книги. Следовательно, к каждой посылаемой мне книге отправитель должен прилагать чек на соответствующую сумму. Для альбомов по искусству, так как они большего формата, сумма будет гораздо больше.

Как-то  мы не часто задумываемся над тем, сколько стоит хранение книги, просто купим (примем в подарок) одну, еще одну, ну еще одну-две-три... а в итоге жить-то где? Это, конечно, не автомобиль и понятие амортизации здесь не подходит, но все-таки...

Получается, что вопрос о том, которую книгу в не резиновом доме оставить и которой «позволить» занимать место в своем жилище — далеко не праздный. Поделюсь своим вариантом.

воскресенье, 1 июля 2018 г.

Точка. Свобода. Терпение. Прыжок

Тому, кто боится высоты, 
и поэтому прыгает в пропасть.

Дисклеймер. Как человек, прочитавший в жизни пару-тройку разных книжек, я люблю поразмыслить об отвлеченном. Или посистематизировать окружающее. Или поклассифицировать хаотическое... Иногда получаются небезынтересные конструкции. Эта — одна из возможных. Можно к ней относиться серьезно (как я — на правах автора), можно как к еще одному бесчисленному опыту теоретизирования. Я не Адизес выдумывать ПАНИ, не верю истово в классы и подклассы соционики и вообще отлично помню фразу: люди делятся на тех, кто делит людей, и кто их не делит. Это я к тому, что как к истине в последней инстанции — не надо.

Как достигнуть успеха? Наверное, этот вопрос самому себе в той или иной форме задает каждый человек. Это не «Кто виноват?» или «Что делать?» и даже не «В чем смысл жизни?» — вопрос про успех считается общим и как будто имеющим универсальный ответ. Про это написан миллион книг, в которых есть два миллиона рецептов, которые никому не помогали и не помогут. И хотя считается, что никакого универсального ответа нет — это же не повод не искать ответ свой:) Я вот, кажется, нашел «энплюспервый». Запишу здесь, чтобы не потерялось.

Для начала, мне совсем не нравятся слова «успех» и «успешность». Картина мира — она живет в языке (по Колесову, Маковскому и другим) — и ее значения (топосы) часто заключены в форме слова. «Успевать», «успешный»… так называют того, кто обогнал всех, кто был самым быстрым (ср. значение в русской традиции «поспешишь — людей насмешишь»), кто обогнал других — не успевших и не успешных. Англо-саксонское «лидерство» по-русски оборачивается чем-то близким к «рвачеству»: либо ты барин, либо ты лох. Если так посмотреть, то успех — характеристика обогнавшего всех тех, кто остался на обочине...

Может, правильно спрашивать: «Как стать счастливым?» Тоже нет. Во-первых, трудно определимо и слишком субъективно, во-вторых, это слово часто используется как маска неблагополучия (— Ты счастлив? — Конечно! А как же иначе?). А назвать счастливым живущего на краю света одинокого лесника или какого-нибудь перельмана разной степени аутизации — не получается.

Поэтому самое точное и близкое к действительному «успеху» будет, на мой взгляд, понятие социальной состоятельности. То есть важно, что человек чего-то в жизни достиг, и это признано широким кругом людей. У кого-то получается в относительно молодом возрасте, кто-то приходит к концу жизни, многие и многие не приходят вовсе. И люди смотрят на таких социально состоятельных (вернее даже, состоявшихся) и задаются вопросом: «КАК?»

Придумалась конструкция. Проверял на разных референтных людях, по сути все их реакции так или иначе в эту конструкцию вписываются. Получилось, что социально состоявшимися являются люди, у которых в поведении есть 4 составляющих. Возможно, они проявляются в разном соотношении у конкретного человека, но наличие всех 4 компонентов обязательно.

среда, 10 января 2018 г.

Заметки на полях Cool Reader`a

В последнее время много думаю о книжках. Разных — прочитанных и нет. О том, как они изменяются со временем, что читалось в детстве, в молодости и теперь. Может, напишу об этом пару текстов, хотелось бы письменно подумать. Сейчас коротко об одной интересной функции.

Для меня довольно давно стало понятно разделение между книжками электронными и бумажными. В 2006 году для одного сборника писал про различение электронных и аналоговых книжек в образовательном контексте, потом для книжки, изданной в «Просвещении» включил туда этот пассаж. Сегодня текст читается как очевидный и вероятный, в то время для многих было ново. Но не в этом дело. С тех пор в личном пользовании как-то все устроилось: большинство книжек читается в электронке (слава флибустам и рутрекерам), а после прочтения довольно часто приобретается бумажная версия. При условии, что такую книжку хочется видеть на полке и будет приятно читать не один раз.

Букридеры, как, наверное, у многих, у меня не прижились. Не так важна емкость аккумулятора (в тундру я мало езжу), сколько то, что читалка — это single-function device, занимающая место в сумке. А на смартфоне читалка как одна из программ — удобно. Так как исторически у меня все смартфоны на Андроиде, то и читалка вполне традиционная — CoolReader.



Но разговор не о функционале программы.

Когда читаешь книжку и находишь что-то интересное — что обычно делаешь? Надо как-то выделить. В случае бумажной книги — подчеркиваешь. Если приличный человек — то карандашом, если вандал — то ручкой (хотя о вандализме и отношении к материальным информационным носителям как-нибудь в другой раз). Важно, что выделяешь. Ок, все выделил, книжку дочитал, что с этими «интеллектуальными выделениями» делать? Обычно ничего, все и остается в книжке — сложно представить себе педанта, который по прочтении переписывает умные мысли в тетрадочку. Или в отдельный текстовый файл набирает. Может, и есть, но не встречал таких.

В этом огромная проблема. Читаешь, выделяешь, но все остается в разрисованных полях или подчеркнутых строчках. И ставишь на полку. Все остается нигде. Ничего не найти, потом что-то случается с самой книжкой — украли, зачитали, разорвалась, переехал/потерял — и... все пропало.

CoolReader был выбран среди остальных читалок именно за эту одну функцию — за возможность выделения фрагмента (он здесь называется закладками) и последующего экспорта этих закладок. То есть читаешь, выделяешь, а потом раз — и получаешь все в аккуратно структурированном txt-файле. Вот как выглядит выделенный фрагмент (слева, выделено зеленым) и как экспортируются все закладки (справа).

    

Недавно читал, например, быковский «Один» — масса интересных мыслей, наводок на книжки, фильмы и проч. Выделял то, что «показалось» — получился такой файл. В первой строчке фрагмента выделен процент от общей длины книги, во второй — название главы (формат FB2 умеет рубрицировать текст), в третьей — непосредственно сам выделенный фрагмент. От слова и строчки — до абзаца, любой длины.

Что с файлом делать? Что угодно. Я складываю так «выжимки» из книг в Dropbox: всегда с собой, всегда найдешь цитату, если помнишь, откуда и о чем. А если не помнишь, то через F3 (поиск) ищешь во всей папке. По всем прочитанным книжкам. И все находится.

В общем, читайте книжки, выделяйте важное и сохраняйте в удобное место. Ощутимый остаток после прочтения остается.

среда, 6 декабря 2017 г.

Повезло

Этот текст я написал два года назад, на 40-летие. Мне тогда на каждом углу рассказали, что праздновать такую дату нельзя и привели миллион причин. Поэтому не справить было бы неправильно:). Написал за два часа, пока летел в самолете «Симферополь-Петербург». За столом  прочитал самым близким людям, значимо было для самого себя. Недавно нашел текст, понял, что по сути ничего не изменилось. Кое-что по мелочи подправил. Подумал, что можно положить и в общий доступ. Пусть лежит…



Просто мне в жизни очень часто и много везло. Всегда везло.

В первый раз мне повезло в апреле или мае 1944 года, когда бабушка, возвращаясь из Коканда, обманула конвой и провезла моего 5-летнего папу в чемодане — вернуться из эвакуации разрешалось только с одним ребенком, а у нее было двое.

Затем повезло в 75-м родиться в Ленинграде — за три с половиной года я видел десятки и сотни не самых дурных людей, которые родились там, где еще можно как-то жить, но совсем неправильно появляться на свет и проводить детство. В моем роду было много приличных людей, о некоторых из них я что-то знаю, они были сложные и жуть какие противоречивые. Но я надеюсь, что от них у меня есть чуть-чуть еврейской светлоголовости и упрямства в действиях, и эстонской созерцательности и неспешности. У Лотмана была мысль, что интеллигент отличается от аристократа тем, что первый поступает исходя из своей чести и совести, а второй не может поступить плохо, потому что за ним стоит род и порода. Я часто мыслю себя в логике второй.

Мне повезло с папой, который, всегда все делая не так, в итоге все сделал правильно. Его нет уже скоро как 10 лет, первые четыре года после его ухода я продолжал внутри себя с ним говорить и советоваться, теперь обычно сам знаю, как правильно. Когда-то в 7 классе он был жутко воодушевлен, что можно было отправить меня по какому-то блату в легендарный «Артек», но что-то тогда не заладилось. Наверное, сегодня от моей крымской истории он бы сперва сильно удивился, потом бы сказал: «Ну нормально», второпях обозвал бы за что-нибудь мудаком, но внутри очень сильно бы гордился. Хотя ничего бы вслух не сказал, мне уж точно. Он меня очень любил, но не умел никогда этого выразить.

Мне повезло настолько, что у меня две мамы. Которые, думаю, внутренне с этим фактом уже разобрались и смирились. Недавно я перечитывал «Алые паруса» (возраст такой наступает уже — перечитывать) и нашел замечательный абзац, за который можно простить многое графоманское в этой книжке:

Капитаном и собственником корабля Артур Грей плавал еще 4 года. Но он уже навсегда запомнил тот короткий грудной смех, полный сердечной музыки, каким встретили его дома, и раза два в год посещал замок, оставляя женщине с серебряными волосами нетвердую уверенность в том, что такой большой мальчик, пожалуй, справится со своими игрушками.

Вот и мои мамы всю жизнь смотрят на торговлю книжками, школьное учительство, интернеты, байдарки, вышки, артеки — и все же нетвердо уверены, что большой мальчик, пожалуй, справится с этими своими игрушками. Хотя серебряных волос от этого становится у них больше.

Мне повезло с тем, что моя своя семья состоит из двух стихийных бедствий. Одно во всех своих проявлениях уже к своим пяти до оторопи напоминает папу — сей факт иногда радует, но чаще пугает. Другое объединяет в себе все возможные и невозможные нелепости этой жизни, но по трезвому размышлению каждый раз оказывается, что у меня есть кто-то за спиной, мне есть куда приходить, меня кто-то ждет с работы (хотя часто засыпает раньше), слушает, слушается и слышит.

Мне еще повезло, что есть у меня человек А, который для моего нынешнего мировосприятия сделал меньше, чем родители, но больше, чем тот, кого можно было бы назвать «другой».

Мне повезло с друзьями. Которые не меняются много лет и даже десятилетий. Которые с 82-го, с 2000, 2003, 2006 или 2008. С В меня подружили в первом классе родители, потому что мама считала, что надо общаться с мальчиками из хороших семей, которые всегда здороваются и чисто одеты — так и продолжается уже 35 лет. С С мы в детстве сделали все, что делать точно не нужно, и рассказывать об этом до сих пор не стоит; а теперь ко мне в «Артек» его дочки ездят:). С D мы вообще в школе не дружили, жили как в разных вселенных, а в 2007 нашлись в «Одноклассниках» и обнаружили, что на мир смотрим до противности одинаково. А Е я выловил, тонущего, из карельского порога 11 лет назад, почистил-просушил — оказался приличный человек... А F... много можно всего рассказать. И по сути оказывается неважным срок, неважна ситуация знакомства и частотность общения, неважно, что почти со всеми мы страшно ругались и спорили, но есть какое-то чувство «своего человека», которое испытываешь при общении с человеком большим. Мои вокруг все большие, маленьких я не люблю, не уживаюсь, брезглив.

Наконец, мне повезло, что у меня всегда были и всегда есть учителя. Что есть много тех, кто мне равен и кто меня больше. Все они появились не в школах, не в институтах, вернее, не в институциях. Они выбирались и становились таковыми часто случайно и непреднамеренно. Но надолго. G, с которой я общался последние 18 лет ее жизни, предельно одинокий интеллигент, знавшая 6 языков и прожившая всю жизнь в нищей петербургской коммуналке, корректно произносившая: «Юра, перечитайте», хотя знала, что я в глаза не видел эту книгу; считавшая, что еврею читать Тору не в подлиннике — пошло и стыдно; с которой можно было говорить о Мартене дю Гаре и Ромене Гари и пить дешевый чай из плохо вымытой кружки. Научный руководитель H, к которому можно было приехать с очередным куском диссертации, но два часа проговорить (скорее, прослушать), как понимал эстетику Петрарка или где ошибся в переводе Данте Лозинский. I, который меня отправил в школу, удержал от ухода из аспирантуры, к которому я ездил в гости и несколько лет слушал, не понимая значения половины произносимых слов, а потом бежал читать книжки и смотреть в словаре эти слова. А потом мы с ним уже курсы вели, свою книжку писали, вполне себе хорошую книжку. J, который мне столько рассказал о совершенно антиподской жизни, к которой я так и не прихожу, но знаю, что она есть. И важно помнить про K, L, M, N, O, P и особенно Q — их существование задает точку нормы, от которой надо отталкиваться, а что ее ниже — скучно, вторично и неинтересно.

Мне всегда везло с работой. Потому что я всегда ею жил. На которой женат и часто путаю, кто из жен первая, а кто вторая. И многие, с кем работаю, становятся друзьями и единомышленниками. Я никогда не работал на неинтересной работе: хоть продажа книжек, хоть школа, хоть аспирантура, написание книжек, создание сайтов, ведение курсов или создание конференций. Меня от всего перло и распирало, во всем всегда была и есть движуха, я всегда с недоумением смотрел на людей, которые длинной вереницей в 5 вечера уходят с работы. Куда, еще же столько сегодня можно успеть сделать?

И бесспорно, мне повезло с «Артеком». Даже если завтра на землю падет небо и все вдруг кончится — это жуткое везение. Хотя часто не понимаю, чего больше — жуткости или везения. Я теперь знаю, что все слова об укорененности, тяжеловесности и невозможности смены жизни — это блеф и дешевые отмазки, что все в один день можно положить не в довлатовский, а свой чемодан и поехать, куда считаешь правильным. Я знаю теперь о пусть облегченном, но опыте эмиграции — он интересный, в книжках все по-иначе. Очень трудно из зоны комфорта и признания, считая себя взрослым, взять и обнулить весь свой прежний опыт и начать с новой точки — через практику понимания других людей, через постоянный конфликт тезаурусов — к осознанию, что в одиночку ты ничего не сделаешь, что вокруг есть люди, которые есть твой ресурс, и ты должен сделать так, чтобы они твои смыслы сделали смыслами своими. Которых нельзя заставить, но нужно заразить. А если невозможно, то убрать. Что управление — это не пиджак/секретарша/машина/зарплата — это очень просто и скучно, по-настоящему управление — это возможность коллективным ресурсом делать большие вещи и изменять мир. Приличным мальчикам, когда они вырастают и считают, что они чему-то научились, хочется менять мир так, как он должен быть правильно, по их мнению, устроен. Правильно ли они делают? — да, правильно, потому что как по-другому — этого все равно никто не узнает и будет так, как они придумают. Иногда по вечерам думаю: а вот две или три тысячи детей делают в «Артеке» то, как мы придумали или придумаем завтра, а вдруг это ошибка? Мы не узнаем, потому что так есть, так будет, пока не пройдет время и не придут другие (с нимбом и крыльями), которые будут знать, какие ошибки мы совершили. А еще можно наблюдать и учиться у коллег, как осуществляются закупки, чем отличается субсидия от субвенции, как считать эффективность и логистику процессов, как устроена образовательная политика, и много или мало это — 5 миллиардов — и для чего. А еще везет, когда можно уважать своего начальника, который думает на порядок интереснее, чем ты сам, с которым жуть как трудно, но можно спокойно повернуться спиной, потому что надежно. А еще расширившийся диапазон представления о том, какие бывают люди. Как у Роберта Рождественского: «Какое это чудо — человек. Какая это мерзость — человек». А еще за то, что Вова гуляет под кипарисами и каждый день слушает море. За такое везение и знание можно платить большую цену.

Но все же больше всего везет, что есть минуты, когда можно взять и произнести это вслух тем, кому это адресовано. И они будут слушать, и может быть, слышать. Потому что ты им интересен и они тебя любят. Самое большое сожаление — не успеть сказать тому, кому сказать нужно, что думаешь. И везет, когда успеваешь. Я вот успел.

суббота, 23 апреля 2016 г.

Boom Beach как парадигма образования

Пока писал, подумал, что могли бы быть и другие названия поста: «Геймплей в образовательной среде» или «Диалог геймера и педагога». Но сохраню все же исходное.



Признаюсь в страшном грехе. Где-то в октябре прошлого года я как-то поставил из Google Play игру, о которой до этого ничего не слышал, попробовал и… В общем, на дворе уже конец апреля и весь этот срок каждое утро и каждый вечер я загружаю игрушку и атакую базы, собираю ресурсы…

Зараза называется Boom Beach. Уже дошел до 40 уровня, сколько всего — неизвестно. Есть подозрение, что бесконечно. Сперва просто пробовал делать то одно, то другое, а через пару месяцев начал думать: а какой механизм в игре так «подсаживает» игрока? К слову, по данным Google Play BB скачало от 50 до 100 млн. человек (точнее информацию не дают). То есть я идиот, но не одинокий. Что, конечно, согревает:))



Описывать игру не видевшему ее ни разу человеку довольно сложно. У тебя есть остров, на нем находится штаб. Его надо оборонять — строить различные пушки/гаубицы/пулеметы. Есть строения — тайники, золото-камне-деревохранилища, где копятся ресурсы. Если на тебя нападают и уничтожают штаб — с тебя снимаются ресурсы. Но карта архипелага большая, на ней каждый день появляются противники разной силы: разгромил штаб противника — получил ресурсы, не хватило сил — потерял войска — копишь ресурсы. Их пускаешь на апгрейд оборонных сооружений и строительства, «прокачиваешь» войска. Войск много: пехота, пулеметчики, базуки, танки и др. Чем сильнее твое войско — тем больше можешь собрать ресурсов, но и тем более сильные противники появляются.

пятница, 8 апреля 2016 г.

Портреты в кабинете чиновника

Меня всегда интересует, как человек осмысляет окружающее пространство, присваивает ли его как свое или от него отгораживается. Интересно в новом месте смотреть на мебель, ее расстановку, что и как лежит на столе. Но самое интересное, как работают или не работают стены: есть ли на них рабочие материалы, что-то прикрепляется или нет, какие картины висят (вспоминаю британскую школу в Хатфилде, где в классах работают косяки, стены и потолки (слайды презентации 15-17)).

В «прошлой жизни» (доартековской) я мог себе позволить оформлять рабочее пространство как мне удобно. А удобно было довольно специфически: любое пространство вокруг использовалось как место, куда можно было поместить рабочие, полезны или приятные материалы. В самом начале место выглядело так, через год еще насыщенней:


(фотографии из инстаграмма одной знакомой учительницы)

К сожалению, сейчас я не могу себе позволить такое «удобство».

суббота, 5 декабря 2015 г.

О «Кукушке»

Разговаривали с коллегой. И как-то по ходу зашел разговор о цоевской «Кукушке». Удивительная песня на самом деле.

Пока ее пел сам Цой, признаться, никогда она никаких эмоций не рождала. Простые слова, попсовый мотив (на «Черном альбоме»), пара-тройка незатейливых аккордов. Проходная история ни о чем.

Та же самая история (даже еще проще) с Шевчуком, который ее перепел в 2012 году: все просто, речитативно. Произнесение.

Но несколько месяцев назад случайно в Youtube увидел промо-ролик фильма «Битва за Сталинград», где «Кукушку» спела Полина Гагарина (кстати, другая ее версия и с симфоническим оркестром тоже очень хороша). Буквально с первого — тихого — куплета как позвоночником случаешь. А уж со второго куплета просто вакханалия начинается и голова отъезжает в странствия. Слышно, что поет молодая, но взрослая женщина, у которой органики и, если можно так сказать, физиологических сил хватает на эту песню-вопль. Да и видеоряд клипа очень удачен. (Сам фильм при этом смотреть не стоит, в клипе все самые удачные моменты смонтированы, а фильм, несмотря на пафосное название, слабый)

Дальше попалась полная жуть. Какая-то Дарья Волосевич 12 лет от роду. Вот нравятся вам 4-хлетние девочки с полным макияжем и на каблуках? А 15-летние пигалицы с сигаретой? Вот и мне нет. Слышно, что ребенок вопит как большая, но просто не понимает, что поет, что вообще произносит. И с постановкой клипа какая-то дешевейшая пионерия с покладанием рук на плечи и дымящимися факелами в поле. Оторопь и недоумение, хочется дать нагоняя и отправить повторять географию — завтра контрольная.

И обратное — Ольга Кормухина. Возраст, и той же органики не хватает, и надрыв, разрыв физически уже невозможен. Эту песню петь уже поздно. Как родить не может. И не веришь.

Странно. Песня, написанная мужчиной, но исполняться может только женщиной. Мужчина написал, но не понял и не услышал. А женщина — позврослевшая, но полная сил — может. И слышать, и произнести. Из параллелей вспоминается только «Я несла свою беду» Высоцкого, спетая Влади, а не автором.

Так, жизненное наблюдение. К чему-то.

P.S. А Земфира не слышит. Женщины мало.

вторник, 25 августа 2015 г.

Летние интервью

Положу, дабы не потерялось два интервью последнего времени.

Довольно большое интервью о разном порталу «Дополнительное образование» >>>

Вчера вновь был по приглашению Бориса Левина на крымском «Транс-Радио». Говорили, естественно, об Артеке.

пятница, 5 июня 2015 г.

Интервью на «Транс-М-Радио»

Благодаря моему доброму гурзуфскому приятелю Александру Шевченко (поэт, художник, директор детского издательства «Самовар») принял участие в ток-шоу «От и до» на очень популярном в Крыму «Транс-М-Радио», которое, как говорят, здесь слушают приличные люди:)) Вел эфир интересный человек Борис Левин (о нем + интервью).

Поговорили об «Артеке» и Гурзуфе. На мой взгляд, получилось неплохо, ко второй части я даже подразогнался:). Спасибо, Саша и Борис!

Вставляю запись.
P.S. Чтобы встроить в блог аудио, пришлось поковыряться. Раньше для этих целей отлично подходил сервис "Яндекс.Видео", туда можно было закачать mp3 и встроить код. Теперь этот функционал на Яндексе убран. Закачивать на какой-то левый сервис, который завтра умрет, не захотелось. Решение нашлось тут. Правда, оно требует возможности положить mp3-файл на сервер, благо, что хостинг — не проблема.

четверг, 14 мая 2015 г.

Детский сад как осмысленное пространство

По ссылке +Марии Смирновой посмотрел замечательный TED «Самый лучший детский сад в мире» (автор Такахару Тезука).



Замечательными показались следующие наблюдения.

1. Не надо строить перила и ограждения, искусственно ограничивающие пространство ребенка. Он должен попробовать подойти к краю, возможно, даже упасть за него. А вот там уже нужно натянуть сетку, обеспечивающую безопасность. В чем разница с перилами? Принципиальная! Одно дело — жить в условиях ограничений, запретов и изначально пресеченных попыток и экспериментов. Ведь «низзя» — это столь удобно и мало затратно. Другое — дать свободу, но при этом думать, как сохранить жизнь и здоровье. Строить стены — слишком просто. А вот создать пространство, в котором есть определенная потенциальная опасность и она рассматривается как средство для саморазвития и объединения детей — это сложнее.

2. Конечно же, openspace. Класс, кружок, учебная ситуация конструируется здесь и сейчас. Есть много деревянных ящиков, которые создают пространственный кейс, а по его окончании он оказывается не нужен и разбирается. Создали — разломали до следующего раза. Умение самостоятельно создавать пространство — важный навык. И на крыше можно сидеть, свесив ноги вниз, почему нет? То есть нет изначально заданного функционала места, его использование окказионально. Как идея — понятно, но нечасто можно видеть грамотную реализацию.

Очень интересная 7-этажная пристройка высотой в 5 метров (хронометраж — с 6.30 мин по 7.45) Есть пространство, по которому интересно передвигаться, выбирать маршрут. Которое интересно использовать самыми разными способами, которые можно придумать, но те, что не закладывали разработчики. Хорошая среда предоставляет вариативный выбор ее использования (почему, кстати, были так популярны в свое время головоломки Рубика!) Опять же, для детской привлекательности она должна быть дозированно опасной.

3. Никогда не думал о круге. Откуда вышел — туда и пришел. В такой конфигурации лучше всего реализуется принцип самостоятельной занятости. То же самое можно часто встретить в музеях: есть круговой проход по экспозициям: люди движутся как бы самостоятельно, но в своем темпе, есть порядок, но нет ощущения запрограммированности.

4. Вообще у нас в образовании часто игнорируется вопрос о перемещении в пространстве, он как бы решен изначально: можно передвигаться от места к месту, само движение не наделено смыслом (как переход из класса в класс) и просто занимает время. Попытки решения этой логистической проблемы всегда интересны.

Помню, увидел как-то у путешественника Сергея Доли необычный вариант, как можно из номера отеля попадать в бассейн:



Другой вариант оригинального решения, как с пользой перемещаться по территории, мне встретился в 1998 году на институтских военных сборах. Из казарм нас водили в столовую, располагавшуюся не так далеко. Но путь ведущий прокладывал так, чтобы солдаты пробегали полосу препятствий с использованием бревна, стенки, брусьев, турников. Трехразовое питание, сходить и вернуться, т.е. минимум 6 раз в день ежедневно мы проходили этот маршрут. Как результат — все довольно сильно поздоровели и «окультуристились». А если так поступают солдаты 2 года подряд?

В общем, это явно недодуманная, но потенциально очень интересная педагогическая история.